Стихи

***

А чтобы было поинтересней,
мы тянем ленты из патронташей
и в наши ружья вставляем пульки.
Безумству храбрых поем мы песни,
безумство храбрых мы кормим кашей,
безумство храбрых качаем в люльке.

содержание

***

Богдыханы и цари,
царедворцы, воеводы,
кормчие, поводыри,
благодетели народа.

Я не верю, что он глуп
и другого недостоин.
Я не верю в голос труб,
потому что я не воин.

Но когда при свете дня
вы вершите справедливость,
нападает на меня
гефсиманская сонливость.

содержание

АНГЕЛ МИНЗДРАВА
Баллада

Не можете - не верьте, спросите белый свет,
но жил на белом свете парнишка без примет.
Ловил он по озерам селедку иваси
и был таким боксером, что боже упаси.

Он вышел как-то ночью за пачкой сигарет
и увидал воочью такой автопортрет:
на лавке обреталась любимая его
и с кем-то целовалась, забывши про него.

Она едва не пела - она ему врала! -
черешней скороспелой любовь ее была.
О чем-то говорила при свете фонаря
и главное - курила. Вот это было зря.

        На пачке громогласно горело, будто кровью:
        "Курение опасно для Вашего здоровья!".

Сознанье помутилось у парня в голове,
и пара покатилась по ласковой траве.
Как говорил Неруда проездом из Твери:
"Не пей вина, Гертруда, и лучше не кури".

И стал с тех пор парнишка, презрев табачный дым,
не мизантропом с книжкой, не геем молодым,
не бакалавром права, не деревом в цвету,
но Ангелом Минздрава, борцом за чистоту.

Он рвал у них сигары, топтал их каблуком,
он наносил удары багровым кулаком,
на розовую клумбу швырял их наконец,
и повезло Колумбу, что он уже мертвец.

        И сделалось ужасным старинное присловье:
        "Курение опасно для Вашего здоровья!".

Взлетая выше ели, не ведая преград,
курильщики шипели: "Урод! дегенерат!"
Он мог от этих братцев избавить белый свет,
но трудно разобраться, где курят, а где нет.

Дымятся "козьи ножки" в Кейптаунском порту,
по Муромской дорожке, по Крымскому мосту.
Любители законно курнуть после второй
в полях за Вислой сонной лежат в земле сырой.

Его увещевали посланцы табака:
"Мы сами выбирали, не трогай нас пока!
Как тонущее судно, мы к гибели самой
идем дорогой трудной, дорогой не прямой!"

        Но он сказал им властно, не дрогнув даже бровью:
        "Курение опасно для Вашего здоровья!".

Прекрасный, словно витязь, и толстый, как баллон,
встречались на орбите "Союз" и "Аполлон".
Не попадая в лузы, поскольку пили квас,
цыбарили французы "Житан" и "Голуаз".

Российская глубинка смолила "Беломор",
с Балкан летела дымка "Герцеговины Флор",
Америка зарделась, услышав слово "Кент", -
куда-то это делось, ушло в один момент.

Но бродит по столицам второй по счету век
прекрасный, пустолицый, здоровый человек.
И с небывалой силой, потомственный рыбак,
он сводит счеты с милой, используя табак.

        Соперничать напрасно с поруганной любовью
        воистину опасно для вашего здоровья!

содержание

***

Разрешите повторить
только фразу эту:
больше нечем говорить
вашему поэту.

Все написано уже -
больше не бывает,
а сил, отпущенных душе,
все не убывает.

Будто не любовь меня
вдохновить пыталась,
а сама, как сноп огня,
рифмами питалась.

Разлетается зола...
Как случилось это,
что любовь пережила
творчество поэта?

У всего на свете срок,
осень и усталость.
Больше нет ни слов, ни строк -
а любовь осталась...

содержание

***

Вот я сижу, несчастный, как сыр без масла.
Чтобы не звать тебя, зажимаю рот.
И только одна мысль еще не погасла:
что однажды все состоится наоборот.

На тебя наплевать. Я счастлив. Мне снится джига.
А ты обливаешь слезами чай на столе,
несчастная, как беременная ежиха.
...И значит, нет равновесия на земле!

содержание

***

После часу и в глубокой тишине,
улыбаясь и измазаны пирожным,
тихо-тихо вы приходите ко мне
по пяти своим ступенькам невозможным.

Как амуры от поэзии, легки,
и, входя, совсем не пользуетесь дверью,
исчезаете по манию руки...
Кто вы, дети? В херувимов я не верю.

Как легко мне с вами. Если б в жизни так,
а не вечно по ухабам в колымаге -
хотя жизнью продиктован каждый знак,
каждый след, что остается на бумаге.

Знаешь, прежде-дорогая-где-ты-там,
я внимателен к тебе, и даже слишком.
Все ты сделала, что нужно было нам.
Отпускаю. Не мешай моим детишкам.

содержание

САД

Здесь брожу я, как адресат
для яблок, вишен и слив,
и ты говоришь мне, что этот сад
причудлив и прихотлив.

В этом саду, в этом саду
под вечер летнего дня
я глядел на цветную звезду,
глядевшую на меня.

В этом саду когда-то давно,
немыслимо далеко
мы с любимой пили вино,
и было легко-легко.

А после - с другом в веселый день
ловили солнца лучи,
и жгли костер, и смотрели в тень,
и пели песни в ночи.

Пахло травой, зеленой травой,
солнцем и молоком,
травой садовой и луговой,
и детством, и ручейком.

В высокой траве журчала вода
и время текло назад,
и он не обманывал никогда,
этот зеленый сад.

И, когда я уходил домой,
я знал, что времени нет,
что здесь хранится даже зимой
лето, счастье и свет.

И спелые яблоки здесь висят -
пожалуйста, собирай!
Ты говоришь мне, что это сад,
а я говорю - это рай.

содержание

***

унося на губах ее поцелуй,
я словно плыл по реке,
и даже рифму придумать не смог
к этой первой строке

содержание

***

Два звенящих над моим ухом
не поврозь, а единым духом
вы, будильник и телефон,
говорите, что жизнь есть тоже
не суровый мороз по коже,
не мученье, а только сон.

содержание

ЭЛЕГИЯ ДЛЯ МАШИ

Полночь, и стрелки спутались на часах -
значит, я обо всем рассказать успею.
Видишь, висит в распахнутых небесах
то, что ты принимал за Кассиопею.
Если вам интересно и если нет,
все равно - уже не бывает светлей и краше.
Арфы и скрипки, звезды и свечи, любовь и свет, -
вот чем я хотел заниматься с Машей.

Я хотел бы проехать с ней через семь мостов,
и радуга пусть не будет на нас сердита,
потому что нам будет мало семи цветов,
пока в небе еще горит звезда Афродита.
В космосе может разбухнуть даже слеза
и сравняться размером с известной Граальской чашей.
Смотреть ей в глаза, пока у меня есть глаза -
вот чем я хотел заниматься с Машей.

содержание

Всå стихи

Недатированные стихи (2005)

[содержание]

А чтобы было поинтересней...
Богдыханы и цари...
Ангел Минздрава
Разрешите повторить...
Вот я сижу, несчастный, как сыр без масла...
После часу и в глубокой тишине...
Сад
унося на губах ее поцелуй...
Два звенящих над моим ухом...
Элегия для Маши